Об отказе в удовлетворении ходатайства гражданина Долгова Владимира Владимировича об официальном разъяснении постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях"

Именем Российской Федерации О П Р Е Д Е Л Е Н И Е КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в удовлетворении ходатайства гражданина Долгова Владимира Владимировича об официальном разъяснении постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях" город Москва 6 марта 2001 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В.Баглая, судей Н.С.Бондаря, Н.В.Витрука, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.Д.Зорькина, А.Л.Кононова, Т.Г.Морщаковой, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, О.И.Тиунова, О.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева, рассмотрев в пленарном заседании ходатайство гражданина В.В.Долгова, у с т а н о в и л: 1. По приговору Краснодарского краевого суда от 23 июля 1993 года гражданин В.В.Долгов был осужден к смертной казни за совершение убийства при отягчающих обстоятельствах и ряда других преступлений. Впоследствии Указом Президента Российской Федерации от 6 июля 1998 года смертная казнь была заменена ему в порядке помилования лишением свободы на срок 25 лет. В своем ходатайстве в Конституционный Суд Российской Федерации В.В.Долгов утверждает, что назначенное ему наказание в виде смертной казни в связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации постановления от 2 февраля 1999 года по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях" должно было быть отменено не актом помилования, а путем пересмотра приговора и замены первоначально назначенного наказания лишением свободы в пределах санкций соответствующих статей, действовавших на момент совершения преступлений. В.В.Долгов просит Конституционный Суд Российской Федерации дать официальное разъяснение пункта 5 резолютивной части постановления от 2 февраля 1999 года, согласно которому с момента вступления данного постановления в силу и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может. Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в пределах своих полномочий на основании части второй статьи 40 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" уведомлял В.В.Долгова о том, что в соответствии с требованиями названного Закона его ходатайство не может быть принято к рассмотрению, однако заявитель настаивает на принятии Конституционным Судом Российской Федерации решения по поставленному им вопросу. 2. В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года пункт 1 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях", предусматривающий введение в действие указанного Закона со дня опубликования, за исключением пункта 7 раздела II, признан не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он не препятствовал законодателю принять федеральный закон, устанавливающий на всей территории Российской Федерации порядок рассмотрения судом с участием присяжных заседателей дел о преступлениях, за совершение которых федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь. Вместе с тем поскольку после принятия Конституции Российской Федерации Федеральное Собрание располагало достаточным временем для выполнения предписаний статьи 20 (часть 2) и абзаца первого пункта 6 раздела второго "Заключительные и переходные положения" Конституции Российской Федерации, пункт 1 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года признан не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он далее не обеспечивает на всей территории Российской Федерации реализацию права обвиняемого в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (пункт 3 резолютивной части). Тем самым Конституционный Суд Российской Федерации вполне определенно признал, что необеспечение права, гарантируемого статьей 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации, не соответствует Конституции Российской Федерации лишь с момента окончания переходного периода, необходимого для введения в действие федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации реализацию данного конституционного права каждого обвиняемого в совершении преступления, за которое в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей. Этот переходный период, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, завершился ко времени вынесения Постановления по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях", поэтому именно с момента его вынесения назначение наказания в виде смертной казни признано недопустимым (пункт 5 резолютивной части). Что касается вопросов, связанных с возложением уголовной ответственности на лиц, совершивших особо тяжкие преступления против жизни, то они подлежат разрешению судами общей юрисдикции с учетом установленных Конституцией Российской Федерации (статья 54) и УК Российской Федерации (статья 10) принципов действия законов во времени. Следовательно, вынесение Конституционным Судом Российской Федерации определения об официальном разъяснении пункта 5 резолютивной части Постановления от 2 февраля 1999 года не требуется. Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, частью первой статьи 79 и статьей 83 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации о п р е д е л и л: 1. Отказать в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Долгова Владимира Владимировича. 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному ходатайству окончательно и обжалованию не подлежит. 3. Настоящее Определение должно быть опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации". Конституционный Суд Российской Федерации N 68-О